Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть

^ Всего только сорока

Что с ней было в ближайшее время, в некрепкое время неудачи?

О, она была птицей, ведьмой, царицой огня и воды.

Франц Верфель. Заклинания 1918–1921 гг.


Дом, где жил Фенолио, напомнил Орфею Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть его собственные пристанища прежней, не таковой уж дальной, поры: перекосившаяся лачуга с плесенью на стенках, чьи окна глядят на такие же убогие развалюхи — не говоря уж о том, что туда залетает дождик Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, так как оконные стекла в этом мире были роскошью, доступной немногим. Бедность! До чего же тошно скрываться в самом черном углу заднего двора, где пауки заползают в бархатные рукава, а куриный помет Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть оставляет несводимые пятна на сафьяновых сапогах! А все поэтому, что квартирная хозяйка Фенолио навозными вилами выпроваживала всякого, кто без дела ошивался у нее на дворе, с того времени как Баста на Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ее очах убил какого-то комедианта. Но другого выхода нет. Ему необходимо знать. Необходимо знать, взялся ли Фенолио опять за перо!

Неплохо бы эта стеклянная бестолочь возвратилась до того, как он здесь Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть по гортань увязнет в навозе! Мимо проковыляла тощая курица, и Цербер зарычал. Орфей поспешно зажал ему пасть. Цербер. Орфей, естественно, обрадовался, когда тот нежданно-негаданно заскребся в его дверь, но здесь же Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ему пришла идея, погасившая удовлетворенность. Откуда пес здесь взялся? Означает, Фенолио все-же опять пишет? Может быть, Сажерук дал книжку старику? "Чушь какая-то выходит, — задумывался Орфей, — но я должен разобраться". Кто, не Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть считая Фенолио мог придумать трогательную сцену, разыгравшуюся, когда Перепел въезжал в замок? Как все его сходу полюбили! И хотя на данный момент Свистун наверное избивает его так, что кости хрустят, переплетчик Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть стал божеством въехав в эти окаянные ворота! Перепел — агнец Божий, невинная искупительная жертва! Чтобы меня черти съели, если это сочинил не Фенолио!

Поначалу Орфей попробовал отправить со стеклянным человечком Осса, но квартирная хозяйка Фенолио его Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть здесь же выставила. Этого дуболома ни в одном черном углу не спрячешь. А в одиночку Халцедон не добрался даже до лестницы Фенолио — его погнала по двору курица, а позже Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть стеклянную голову чуть ли не откусила кошка… Да, стеклянные человечки не были предназначены для шпионажа, даром что мелкие и тусклые! По размеру подошли бы и феи, но эти дуры забывали даже самое Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть обычное поручение, не успев еще вылететь из окна. Фенолио ведь тоже подсылал к нему собственного стеклянного человечка — того же недотепу.

Халцедон был, пожалуй, посообразительнее. Но вот неудача — он страшился высоты, так что лазание по Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть крышам исключалось. А на земле он так плохо ориентировался, что приходилось высаживать его прямо у лестницы, по другому он обязательно бы заплутался. Куда он делся, черт возьми? Естественно, для стеклянного человечка Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть эта лестница как горная верхушка, но все-же… За спиной у Орфея заблеяла коза — видно, почуяла собаку; а через узкую подметку сапог сочилась жидкость, запах которой подозрительно нравился Церберу. Пес с таковой страстью рылся Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть в покрывавшей двор жиже, что Орфею приходилось всегда оттаскивать его за ошейник.

Ну вот он в конце концов! Халцедон прыгал, как мышка, со ступени на ступень. Будем возлагать, что Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть его сведения стоят испорченных сафьяновых сапог.

Орфей спустил Цербера с цепочки — ее пришлось заказать на улице Кузнецов, так как собачьих поводков в этом мире не водилось, — и пес, прошлепав к лестнице, мягенькими губками снял протестующего Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть человечка с последней ступени. Халцедон утверждал, что от собачьей слюны у него выступает сыпь, но по другому ему было просто не перебраться через навозную жижу. Из окна высунулась какая-то Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть старуха, но, к счастью, это была не хозяйка Фенолио.

— Ну как?

Цербер выплюнул стеклянного человечка в протянутую ладонь Орфея. Фу, собачья слюна — вправду стршная мерзость.

— Ничего он не пишет! Ни строки! — Халцедон утер рукавом Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть мокрое лицо. — Я ведь вам гласил, владелец. Он последний мозг пропил. У него руки дрожат, стоит ему только поглядеть на перо!

Орфей поглядел ввысь, на дверь Фенолио. Из-под нее пробивалась полоса Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть света. В эту щель под дверцей Хадцедон всегда и пролезал.

— Точно? — Орфей прикрепил цепочку к ошейнику Цербера.

— Никаких колебаний! И книжки там тоже нет. Зато у него гости.

Старуха вылила в окно Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ведро воды. Если, естественно, это была вода. Цербер что-то уж очень заинтересованно принюхивается.

— Гости? Это меня не интересует. И все-же я уверен, гром и молния, что он опять пишет Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть!

Орфей поглядел на убогие домишки. На каждом окне горело по свечке. По всей Омбре. За Перепела. Пропади он пропадом! Пропади они все пропадом: Фенолио, Мортимер, его дурочка дочка, и Сажерук. Да Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, Сажерук сначала. Он кинул его, обокрал — его, Орфея, столько лет преданно любившего его, вчитавшего назад в родную историю, вырвавшего из рук самой погибели! И во что он перевоплотился? Пламенная тень Перепела, молвят в Омбре Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть. Тень! Так ему и нужно. "Уж я бы сделал его не просто чьей-то тенью", — задумывался Орфей. Но сейчас уже поздно. Сейчас Орфей объявил им всем войну. Уж он напишет для Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть их историю по собственному вкусу — лишь бы заполучить назад книжку!

Из дома вышел ребенок. Прошлепал босоногими ногами по грязному двору и скрылся в хлеву. Пора уходить. Орфей обтер Халцедона носовым Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть платком от собачьей слюны, посадил на плечо и быстрее зашагал прочь, пока ребенок не вышел из хлева. Как отлично выкарабкаться из этой грязищи, хотя на улице было ненамного лучше.

— Чистая бумага, одна только незапятнанная бумага Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, владелец! — гласил Халцедон, пока они шли назад по ночной Омбре. — Две-три зачеркнутые фразы — и больше ничего, клянусь! Его стеклянный человечек меня сейчас чуть ли не увидел, но я успел спрятаться в Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть сапог Фенолио. Вонища там — вы для себя не представляете!

Как раз это Орфей для себя отлично представлял.

— Я велю служанкам вымыть тебя с мылом.

— Не нужно, пожалуйста! Последний раз я Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть от мыльной воды больше часа икал, а ступни у меня стали молочно-белые!

— И что с того? Ты же не думаешь, что я пущу тебя разносить эту вонь по моему пергаменту?

Навстречу Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть им шел, пошатываясь, ночной дозорный. Почему эти типы никогда не просыхают? Орфей засунул в морщинистую руку несколько медных монет — а то еще, чего хорошего, вызовет патруль. С того времени как Перепел стал арестантом замка Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, Омбру денек и ночь прочесывали вооруженные отряды.

— А книжка? Ты вправду всюду поглядел?

На улице Мясников сходу две лавчонки, если веровать вывескам, предлагали на продажу свежее мясо единорога. Хохот и грех Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть. Откуда ж оно возьмется? Орфей свернул на улицу стекольщиков, хотя Халцедон всегда просил его идти другой дорогой.

— Да, хотя это было тяжело. — Халцедон нервно смотрел на витрины с искусственными ногами и Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть руками для стеклянных человечков. — У него ведь, как я докладывал, на данный момент гости, так что пришлось проводить потаенный обыск в присутствии нескольких человек! И все таки я обыскал все, даже одежку у него Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть в сундуке. Он меня там чуть ли не запер. Но нигде ничего, владелец, клянусь!

— Тысяча чертей! — Орфей испытывал неудержимое желание кинуть чего-нибудть об стенку либо разломать на кусочки. Халцедон отлично знал Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть эти порывы владельца и на всякий случай покрепче вцепился в его рукав.

У кого может быть книжка, если не у старика? Даже если Сажерук отнес ее Мортимеру, не потащил Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть же тот ее с собой в кутузку? Нет, Сажерук, наверняка, оставил ее для себя. Орфей ощутил мучительную резь в желудке, как будто ему грызла внутренности одна из куниц Сажерука. Он знал эти симптомы — они появлялись Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть каждый раз, когда происшествия не вожделели ему подчиняться. Язва желудка, так это, кажется, именуется? Страшная болезнь, меж иным. "Ну и что? — прикрикнул он на себя самого. — Постарайся хотя бы ее не растравлять Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, а то вылечивать тебя тут некоторому, не считая цирюльников, которые от хоть какой заболевания пускают кровь".

Халцедон посиживал у него на плече, притихший и печальный. Наверняка, задумывался о дальнейшем купании Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть в мыльной воде. Зато Цербер обнюхивал каждую стенку на пути. Логично, что псу так нравилось в этом мире — чего-чего, а запахов здесь хватало! "Это я тоже изменю, — задумывался Орфей. — И Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть шпиона вычитаю для себя лучше, крохотного, как паучок, и уж естественно не стеклянного!" — "Ничего ты для себя не вычитаешь, Орфей! — произнес ему внутренний глас. — Книги-то у тебя сейчас нет!"

Орфей, ругнувшись, потянул Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть за собой Цербера — и наступил в кошачий кал. Навозная жижа, куриный помет, кошачье дерьмо — сапоги погибли невозвратно, но откуда взять средств на новые? Последняя его попытка вычитать для себя новый клад Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть с Темного холмика завершилась неудачей. Монеты оказались тонкими, как будто из фольги.

Наконец. Впереди показался его дом во всем собственном великолепии. Самый шикарный дом в Омбре. Орфей все еще испытывал приятное волнение при виде Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть алебастрово-белых ступеней и герба над входом — он даже сам начинал веровать в свое княжеское происхождение. В конце концов, пока его дела идут совершенно хорошо. Он каждый раз напоминал для Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть себя об этом, когда ему хотелось переколотить всех стеклянных человечков и наслать чуму на тощего арабского мальчишку. Не говоря уж о непризнательных огнеглотателях!

И вдруг Орфей тормознул как вкопанный. На лестнице посиживала птица. Похоже Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть было, что она собирается свить гнездо прямо на ступенях. Птица не упорхнула тогда и, когда Орфей подошел совершенно близко, только блестела на него темными бусинами глаз.

Отвратительные твари. Они загаживают Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть все своим пометом, везде роняют перья, а сколько на этих перьях всяких личинок и бактерий…

Орфей спустил Цербера с цепочки.

— Ату ее!

Цербер обожал гонять птиц, время от времени ему даже удавалось изловить задремавшего Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть воробья. Но на данный момент он поджал хвост и попятился, будто бы увидел на лестнице не птицу, а змею. Какого черта…

Птица повернула голову набок и перепрыгнула на ступень ниже Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть.

Цербер придавил уши, а стеклянный человечек испуганно вцепился Орфею в воротник.

— Это сорока, владелец! — зашептал он ему на ухо. — Они рас… — глас у него пресекся, — расклевывают стеклянных человечков и декорируют осколками свои гнезда! Владелец, прогоните Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ее, пожалуйста!

Сорока опять повернула голову и посмотрела на Орфея. Странноватая птица. Что-то здесь не так.

Орфей наклонился и бросил в нее камнем. Сорока встопорщила перья и осипло застрекотала.

— Хозяин Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, она желает меня расклевать! — заверещал Халцедон, вцепляясь Орфею в ухо. — Дымчатое стекло — большая уникальность!

Стрекот сороки был сейчас похож на хохот.

— У тебя, Орфей, все таковой же глуповатый вид!

Он Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть сходу вызнал этот глас. Сорока надула зоб, закряхтела, как будто подавилась проглоченным в спешке кусочком, выплюнула на алабастрово-белую лестницу одно за другим три зернышка и начала расти.

Цербер с жалобным воем терся о колени Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть владельца, а Халцедон дрожал так, что стеклянные ручки и ножки колотились друг о друга и звенели, как посуда в плетенке для пикника.

А сорока все росла и росла. Из Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть-под перьев показались темное платьице, седоватые, туго затянутые вспять волосы, пальцы, здесь же подхватившие зернышки, которые выпали из птичьего клюва. Мортола постарела с их последней встречи. Ее плечи остались сгорбленными, даже когда Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть она выпрямилась. Пальцы были скрючены, как птичьи когти, щеки под высочайшими скулами впали, а кожа напоминала пожелтевший пергамент. Но глаза как и раньше пронизывали насквозь, и Орфей под их взором втянул голову в плечи, как Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть провинившийся мальчик.

— Как… как ты это делаешь? — насилу выговорил он. — В книжке Фенолио нет ни слова о превращениях! Только о ночных кош…

— Фенолио! Да что он вообщем знает? — Мортола Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть отряхнула перышко со собственного темного платьица. — Все в этом мире меняет вид. Только обычно для этого необходимо умереть. Но есть метод, — с этими словами она аккуратненько сложила подобранные зернышки в кожаный кошель… поменяться и Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть без помощи Белоснежных Дам.

— Неужели? — Орфей сходу начал прикидывать, какие способности это открывает для развития сюжета, но Мортола не отдала ему поразмышлять.

— А ты хорошо устроился в этом мире, — увидела она, посматривая на Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть дом Орфея. — Бледнокожий заокеанский негоциант с дополнительной парой стеклянных глаз, поставляющий единорогов и гномов, умеющий исполнить всякую прихоть новых владельцев Омбры! "Да это некто другой, как мой старенькый компаньон Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть Орфей, — помыслила я. — Означает, ему-таки удалось вчитать себя самого в наш мир". И даже свою отвратительную псину ты умудрился прихватить!

Цербер ощерился, а Халцедона все так же лупила дрожь. Какая несуразная выдумка эти стеклянные Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть человечки. А Фенолио еще ими гордится!

— Что для тебя от меня необходимо? — Орфей изо всех сил старался гласить холодно и свысока, чтоб не смотреться испуганным мальчиком, каким он всегда становился в Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть присутствии Мортолы.

Нужно признаться, он ее и сейчас страшился.

В мгле раздались шаги. Очередной патруль, наверняка.

— Ты всегда принимаешь гостей на лестнице? — прошипела Мортола. — Пойдем-ка в дом!

Орфею пришлось три раза ударять Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть в дверь бронзовым молоточком. Заспанный Осс растерянно заморгал, лицезрев Мортолу.

— Верзилу ты тоже с собой прихватил либо это уже другой? — спросила Мортола, проходя мимо телохранителя.

— Уже другой, — пробормотал Орфей, пытаясь уяснить для Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть себя, отлично это либо плохо, что Мортола опять объявилась. Ведь гласили, что она погибла. Но на погибель в этом мире полагаться нельзя, как все почаще выясняется в ближайшее время. Это, естественно, побуждает Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть — да и стращает.

Он повел Мортолу не в собственный кабинет, а в гостиную. Старуха осматривала обстановку, будто бы все это принадлежит ей. Нет, наверняка, плохо, что она возвратилась. Что ей от него Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть необходимо? Он додумывался. Мортимер. Она, естественно, желает уничтожить переплетчика. Мортола нелегко отрешалась от таких планов, а здесь речь шла об убийце ее отпрыска. Но в данном случае ее, похоже, обгонят.

— Теперь Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть он, означает, и по правде Перепел! — проговорила она, как будто подслушав его мысли. — Сколько еще несуразных песен о нем придумают? Глуповатый люд прославляет его как спасателя… А ведь это мы привели Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть его в этот мир! А Змееглав, заместо того чтоб ловить разбойника, который перебил на Змеиной горе его наилучших людей, винит во всем Мортолу. Я, оказывается, повинна в том, что Перепел ушел невредимым Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, а светлейший князь сгнивает живьем… Магический Язык коварен, но всех околпачивает его невинный вид; и Змееглав не его, а меня дал в руки пытчиков, чтоб выяснить, какой яд его так терзает Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть. У меня и на данный момент все болит от пыток, но я оказалась хитрее — востребовала доставить определенные травки и семечки, как будто для противоядия, и они сами принесли мне в кутузку спасительные зерна. Так Мортола Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть обрела крылья и улетела от их. Я слушала глас ветра и рыночные пересуды и скоро выяснила, что переплетчик по правде изображает сейчас разбойника и что Темный Царевич отыскал для него укрытие. Он Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть отлично его упрятал, но я их отыскала!

Мортола вытягивала губки, будто бы ей не хватало клюва.

— Когда я его в конце концов нашла, сложнее всего было сдержаться, чтоб сходу не выклевать ему Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть глаза! "Не торопись, Мортола, — произнесла я для себя. — Один раз ты уже поспешила. Подкинь ему в пищу отраву, от этих ягод он будет извиваться, как червяк, и дохнуть длительно, в муках Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть и корчах, так что ты сможешь насладиться местью". Но дура-ворона склевала ягоды из его миски, а при последующей попытке медведь разинул на меня свою зловонную пасть и вырвал перья Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть из хвоста. Я попробовала снова, в лагере, куда Темный Царевич привел их всех — переплетчика, его дочку и мою предательницу-служанку, — но пища досталась не тому человеку.

"Это грибы! — гласили они. — Он отравился грибами Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть!"

Мортола засмеялась, а у Орфея пробежал по спине холодок — он увидел, как скрючиваются ее пальцы, как будто она все еще цепляется за ветку.

— Будто заклятье какое-то: ничто его не берет — ни яд Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, ни пуля. Как будто все в этом мире взялось его защищать — каждый камень, каждый зверек, любая травинка! Перепел! Даже Погибель его отпустила, да еще позволила прихватить с собой Пламенного Танцора! Великолепно! Да, но Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть какой ценой? Этого он не поведал даже супруге, но Мортола знает! На сороку на ветке никто не направляет внимания, но она-то все слышит — что шепчут ночами деревья, что пишут пауки серебряными Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть нитями на мокроватых сучьях: Погибель заберет к для себя Перепела совместно с дочкой, если он до весны не вышлет Змееглава в ее королевство. А посодействовать ему в этом желает Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть родная дочь Змея.

— Что? — Орфей слушал Мортолу вполуха. Он привык к нескончаемым злостным тирадам, которыми опьяняла себя старуха. Но последние слова принудили его встрепенуться. Виоланта — союзница Перепела. Да, это похоже на правду Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть. Ах вот почему Мортимер выделил, что дает себя в ее руки! "Я так и знал, — пошевелил мозгами Орфей. — Этот образец добродетели сдался в плен не из одной любви к детям. Наш великодушный разбойник задумал Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть убийство!"

Орфей зашагал взад-вперед по комнате под аккомпанемент непрекращавшихся проклятий Мортолы, до того осиплых, что речь ее уже не достаточно напоминала человечий глас.

Виоланта. Поселившись в Омбре, Орфей сперва предложил Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ей свои услуги. Но она отказалась, заявив, что поэт у нее уже есть… Не очень разлюбезно.

— Да, он желает уничтожить Змея! Пробрался в замок, как хорек в курятник! Даже феи поют об этом Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, водя свои глуповатые хороводы, но кто же их слушает, не считая Сороки!

Мортола согнулась в приступе кашля, звучавшего, как сорочий стрекот.

Безумная старуха! Как она глядит на него своими птичьими глазами Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть-бусинами! Орфею стало не по для себя.

— Я знаю все его планы! — шепнула она. — И я произнесла для себя: Мортола, не убивай его на данный момент, потерпи, хоть это и очень Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть тяжело! Убей сначала его супругу, а еще лучше — его возлюбленную дочь; и, когда известие придет к нему, вспорхни ему на плечо, чтоб слышать, как разобьется его сердечко. А его не трогай до той Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть поры, пока Змееглав не даст ему в руки Пустую Книжку, так как Змей тоже должен погибнуть за все мучения, что он причинил мамы Каприкорна. Если Серебряный князь и взаправду окажется так глуповат, чтоб доверить Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть собственному злейшему противнику книжку, где заключена его погибель, тем лучше! Сорока будет настороже — и не Перепел, а Мортола впишет туда три слова. Да, священные слова мне тоже известны. Тогда и Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть Погибель заберет к для себя и Змея, и Перепела, а мне в заслугу за такую богатую добычу возвратит то, что окаянный переплетчик отобрал у меня своим магическим языком — отпрыска!

Проклятье! Орфей подавился Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть вином из только-только поднесенного к губам кубка. Древняя колдунья все еще грезит о возвращении Каприкорна! А почему бы и нет, после того как воскрес Козимо, а позже и Сажерук? Но ему, Орфею, рисуются Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть для этой истории куда более заманчивые повороты, чем возвращение ее сынка-поджигателя.

— Ты думаешь, Змееглав и правда привезет в Омбру Пустую Книжку?

Да, надвигаются огромные действия, он чуял их. Роковые Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть действия. Может быть, еще не все потеряно, хотя Сажерук и похитил у него книжку Фенолио. Есть и другие методы сыграть не последнюю роль в этой истории. Змееглав в Омбре! Какие открываются способности…

— Конечно Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, привезет! Змей глупее, чем о нем задумываются. — Мортола опустилась в одно из резных кресел, куда Орфей обычно усаживал авторитетных заказчиков. В незастекленные окна врывался ветер, от него колебались огоньки свеч, принесенных служанками Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть. Тени, как темные птицы, метались по беленым стенкам.

— Неужто Серебряный князь 2-ой раз позволит переплетчику обвести себя вокруг пальца? — Орфей сам не ждал, что в его голосе зазвучит такая ненависть. Он с Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть удивлением признался для себя, что вожделеет на данный момент погибели Мортимера более страстно, чем Мортола. — Даже Сажерук прогуливается сейчас за ним как тень! — проговорил он. — Видно, Погибель стерла из его памяти все горе Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, которое причинил ему этот великодушный герой.

Орфей снял очки и протер глаза, как будто желая отогнать воспоминание о прохладном взоре Сажерука. Да, вот почему Пламенный Танцор его возненавидел! Мортимер околдовал его Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть своим окаянным голосом. Он всех околдовал. Будем возлагать, что Свистун вырежет ему язык, до того как четвертовать. Орфею хотелось своими очами узреть, как собаки Зяблика терзают плоть Мортимера, как Свистун кромсает ножиком Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть его великодушное сердечко… Ах, неуж-то ему так и не приведется написать эту песню о Перепеле?

Глас Мортолы оторвал Орфея от безжалостных грез.

— Эти зернышки просто проглотить ненароком! — прохрипела она, съеживаясь на Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть кресле. Ее пальцы обхватили локотники, как птичьи когти. — Их необходимо класть под язык, но они такие скользкие и мелкие, что неприметно проскакивают в гортань. А если их наглотаться, птичий вид будет Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть настигать тебя и без спросу.

Мортола по-сорочьи дернула головой, разинула рот, как будто клюв, и поднесла ладонь к бледноватым губам.

— Слушай! — произнесла она, борясь с подступающими судорогами. — Я желаю, чтоб Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ты, как Змееглав прибудет в Омбру, отправился в замок и предостерег Змея от его дочери! Скажи ему, пусть расспросит Бальбулуса, сколько книжек о Перепеле он сделал по заказу Виоланты. Убеди, что его дочь помешалась Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть на разбойнике и готова на все, чтоб спасти этого негодяя. Найди неотразимые слова. Обворожи его своим голосом, как наверное попробует сделать и Магический Язык. Ты любишь хвастаться, что твой глас выразительнее, чем его Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть, — так обоснуй это на самом деле!

Мортола икнула и выплюнула в ладонь очередное зернышко.

Да, старуха хитра, хоть и безрассудна. Пожалуй, лучше бросить ее в убеждении, что она как и Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть раньше может им командовать, хотя ему так плохо было от ее икоты, что он чуть ли не плюнул вином ей в физиономию. Орфей сдул пылинку с умело вышитого рукава. Его шикарная одежка, дом, горничные Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть… Неуж-то старуха так слепа, что не осознает — он ей больше в слуга? Можно помыслить, он явился в этот мир, чтоб производить чужие планы! Нет уж, тут он служит Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть только себе. Он поклялся в этом.

— Отличная мысль! — Орфей заговорил обычным раболепным тоном. — Но как быть с иными великодушными друзьями нашего Перепела? Он ведь наверное полагается не только лишь на Виоланту. Как быть Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть с Черным Царевичем…

"И Сажеруком", — добавил он про себя, но не произнес этого имени вслух. Сажеруку он отомстит сам.

— Ах да, Темный Царевич. Очередной великодушный глупец. Помнится, у моего отпрыска были с Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть ним счеты. — Мортола упрятала выплюнутое зернышко к остальным. — Я им займусь. И дочкой Магического Языка тоже. Эта девчонка практически так же небезопасна, как ее отец.

— Чепуха! — Орфей налил для себя для храбрости еще вина Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть.

Мортола смотрела на него с презрением. Да, она как и раньше считает его раболепным дурачиной. Тем лучше. Она пошеркала худенькие руки и вздрогнула, как будто ощутила, как через кожу опять Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть пробиваются перья.

— А старик? Тот, что типо написал для дочки Магического Языка слова, которые я отобрала у нее во Дворце Ночи? Это он вносит безрассудную храбрость в сердечко переплетчика?

— Нет, Фенолио больше Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть не пишет. Но я все равно не против, если ты его убьешь. Я был бы даже рад — старик нестерпимо задается!

Мортола кивнула, но, кажется, уже не слушала.

— Мне пора. — Она с трудом поднялась с Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть кресла. — У тебя в доме душно, как в кутузке.

За дверцей прочно спал Осс. Он звучно всхрапнул, когда Мортола через него перешагивала.

— Это твой телохранитель? — спросила она. — Видать, мало у Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть тебя противников!

Орфей плохо спал в эту ночь. Ему снились птицы, огромное количество птиц. Но когда занялась заря и Омбра стряхнула с себя ночную тьму, он подошел к окну и посмотрел Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть на город с новейшей уверенностью.

— Доброе утро, Перепел, — тихо произнес он, устремив взор на башни замка. — Надеюсь, для тебя плохо спалось! Ты, естественно, думаешь, что роли в этой истории уже распределены, но хватит уже Всего лишь сорока - Корнелия Функе Чернильная смерть для тебя играть героя… Раскрывается занавес, акт 2-ой: на сцену выходит Орфей. В какой роли? Очевидно, злодея. Ведь это всегда наилучшая роль в пьесе!






vsegda-vmeste-vsegda-v-dvizhenii-rossijskaya-blagotvoritelnost-v-zerkale-smi.html
vsego-102-chasa-68-chasov-russkogo-yazika-34-chasa-literaturnogo-chteniya.html
vsego-2-chel-h-200-rublej-za-chas-h-144-chasa-57600-instrukciya-po-obshim-usloviyam-provedeniya-aukciona-v-elektronnoj.html